Главная / Публикации / Т.А. Пономарева. «Потаенная любовь Шукшина»

Почему Шукшин не дочитал Толстого

Василий Шукшин, получив деньги от матери, отправился не в ближайший город Барнаул или «сибирские Афины» — Томск, а прямиком в Москву, как в свое время Валерий Золотухин, — кстати, тоже родом с Алтая.

Говорят, Василий подавал документы сначала в Историко-архивный, побывал и в Литературном институте, но победил ВГИК. Прием вел талантливый кинорежиссер, сибиряк, Михаил Ильич Ромм. Желающих попасть в его мастерскую было более чем достаточно!

Василий Шукшин при поступлении обратил на себя внимание приемной комиссии письменной работой «Киты, или О том, как мы приобщались к искусству», а задание контрольной работы было следующим: «Опишите, пожалуйста, что делается в коридорах ВГИКа в эти дни». Не захотел Шукшин описывать вгиковские коридоры, характер увел в другую сторону.

Но уже в этой его работе налицо и назревающий конфликт Шукшина с так называемыми «китами», и независимость суждений, и ершистость, и цепкий, оценивающий трезво взгляд, несомненно, творческого человека:

Вестибюль Института кино. Нас очень много здесь, молодых, неглупых, крикливых человечков. Всем нам когда-то пришла в голову очень странная мысль — посвятить себя искусству. И вот мы здесь.

Каждый знает, что он талантливее других, и доказывает это каждым словом, каждым своим движением. Среди нас неминуемо выявляются так называемые киты — люди, у которых прямо на лбу написано, что он будущий режиссер или актер.

У них, этих людей, обязательно есть что-то такое, что сразу выделяет их из среды других, обыкновенных.

Вот один такой.

Среднего роста, худощавый, с полинялыми обсосанными конфетками вместо глаз. Отличается тем, что может не задумываясь говорить о чем угодно — и все это красивым, легким языком. Это человек умный и хитрый. У себя дома, должно быть, пользовался громкой известностью хорошего и талантливого молодого человека: имел громадный успех у барышень.

Почувствовав в нем ложную силу и авторитет, к нему быстро и откровенно подмазывается другой кит — человек от природы грубый, нахватавшийся где-то «культурных верхушек». Этот, наверное, не терпит мелочности в людях, и, чтобы водиться с ним, нужно всякий раз расплачиваться за выпитое вместе пиво, не моргнув глазом, ничем не выдавая своей досады. Он не обладает столь изящным умом и видит в этом большой недостаток. Он много старше нас, одевается со вкусом и очень тщательно. Он умеет вкусно курить, не выносит грязного воротничка, и походка у него какая-то особенная — культурная, с энергичным выбросом голеней вперед.

Он создает вокруг себя обаятельную атмосферу из запахов дорогого табака и духов.

Он не задумываясь прямо сейчас уже стал бы режиссером, потому что «знает», как надо держать себя режиссеру.

В нас они здорово сомневались и не стеснялись говорить это нам в лицо.

Именно это сочинение Шукшина и подсказало Михаилу Ромму, что перед ним явление из ряда вон выходящее. А когда экзаменаторы внимательно прочли «Китов», поняли — это талант раздвигает широкими плечами узкие рамки общепринятого. В архивах ВГИКа сохранилась письменная работа Шукшина. На ней есть приписка преподавателя ВГИКа: «Хотя написана работа не на тему и условия не выполнены, автор обнаружил режиссерское дарование и заслуживает отличной оценки».

А в стенах вуза абитуриента Василия Шукшина, незнакомого с нравами престижного по тому времени института, живущего по законам рафинированных детей избранных родителей, поджидали свои капканы, испытания, а порой и явное неприятие.

У самого же Шукшина рассказ о вступлении в мир кино выглядел так:

Я приехал в Москву в солдатском, сермяк сермяком. Вышел к столу. Ромм о чем-то пошептался с Охлопковым, и тот говорит:

— Ну, земляк, расскажи-ка, пожалуйста, как ведут себя сибиряки в сильный мороз.

Я напрягся, представил себе холод и ежиться начал, уши трепать, ногами постукивать. А Охлопков говорит:

— А еще?

Больше я, сколько ни старался, ничего не придумал. Тогда он мне намекнул про нос: когда морозило, ноздри слипаются, ну и трешь кое-что рукавичкой.

— Да, — говорит Охлопков. — Это ты забыл.

Это было послевоенное время, и во многих вузах страны в первую очередь предпочтение отдавали людям в шинелях, бывшим фронтовикам или только что отслужившим в армии, но это не относилось к ВГИКу. Что касается собеседования, описанного Василием Шукшиным, то подобное явление остается правилом для поступающих в Институт кинематографии до сих пор...

Я сама окончила ВГИК и знаю, что означает проверка на сообразительность, оригинальный ответ, который и подскажет экзаменаторам, что перед ними творческая личность.

Помню один из таких же каверзных вопросов в мою бытность, более позднюю, чем у В.М. Шукшина:

— А скажите, товарищ абитуриент, сколько ручек у дверей ВГИКа?

В первый момент обалдеваешь, а потом лихорадочно ищешь ответ, уже озадачивающий тех, кто задал этот вопрос:

— В два раза больше, чем дверей!

— То есть?

— Ручки-то с той и другой стороны. Значит, вдвое.

Оригинальный ответ учитывался особо.

Видно, не угодил Шукшин члену комиссии артисту Охлопкову — или непримиримым, тяжелым взглядом, скуластым лицом, или независимостью суждений, но не удержался тот, вдруг задал полунасмешливый вопрос:

— А скажите, товарищ абитуриент, где сейчас Виссарион Белинский проживает?

Шукшин опешил, но вдруг смекнул: а ведь его принимают за дурачка Ваню в тупых сибирских валенках. И тут впервые проявились его актерские задатки, решил подыграть:

— Это критик, что ли?

— Нуда!

— Но ведь он вроде помер!

— Да что ты говоришь?

«Все смеются, как вы вот теперь, — позже вспоминал Шукшин, — а мне-то каково?»

Но, как считал известный критик Лев Аннинский, это была «мгновенная актерская импровизация, в ходе которой партнеры провоцируют друг друга».

Все абитуриенты, поступавшие в мастерскую Михаила Ромма, знали, что он просто обожал Льва Толстого. Как только задавался на собеседовании вопрос «Ваш любимый писатель?» — абитуриент незамедлительно отвечал:

— Лев Толстой, «Война и мир».

А сибиряк Василий Шукшин, «сермяк сермяком», дерзко ответил:

— Не дочитал до конца.

Комиссия внутренне охнула, а Михаил Ромм оценил этот ответ по-своему, чуть усмехнулся, спросил:

— Да как же не дочитал-то, если «Война и мир» по программе школьной проходилась?

— А я заканчивал школу рабочей молодежи. Читал учебники, когда ехал на работу или с работы, и только те, которые можно в карман поместить. А Льва Толстого туда не засунешь!..

Михаил Ромм откинулся к спинке стула от этой вызывающей откровенности, с любопытством разглядывая редкий экземпляр.

Помогло одно вгиковское правило: каждый из мастеров имел право взять под свою ответственность любого абитуриента до третьего курса. Если он не проявит за эти годы свои предполагаемые способности, тогда отчислить.

И тут я хочу добавить одну подробность, донесенную до меня из стен ВГИКа, что приемная комиссия была против двух абитуриентов — Василия Шукшина и Андрея Тарковского: первый слишком мало знал, второй отвечал на все вопросы и, в свою очередь, задавал такие вопросы пытающему его, что ставил педагога в затруднительное положение. Но мнение Ромма победило. Он отстоял и того и другого. Оба абитуриента не походили друг на друга, а это говорило об их крайних индивидуальностях. Жизнь показала правоту Михаила Ильича. У его выпускников собственный почерк в кинематографии, что подтвердило их талантливость, которую углядел когда-то учитель, за время учебы огранил алмазы — и они засияли бриллиантовой чистотой, удивляя мир красотой и неповторимостью.

Василий Шукшин поступил сразу в два института! Вот вам и «сермяк сермяком». Перед ним стояла дилемма: если остаться во ВГИКе, то необходима хоть маленькая, но помощь из дома. По свидетельству сестры Василия Макаровича, он предпочел оставить решение за матерью: «Тогда Вася послал домой телеграмму: «Поступил Всесоюзный государственный институт кинематографии очно Историко-архивный заочно советуй каком остаться».

Какую мать подобное известие может не обрадовать, не согреть ее сердца? Мария Сергеевна отправила телеграмму со словами: «Только очно. Мама». Конечно, трудно было Шукшиным. Но они никому не жаловались. Наоборот, подбадривали друг друга и сообща преодолевали созданные жизнью неурядицы и барьеры.

 
 
Яндекс.Метрика Главная Новости Обратная связь Книга гостей Ресурсы
© 2008—2018 Василий Шукшин.
При заимствовании информации с сайта ссылка на источник обязательна.